- Ты что делаешь? - ахнула женщина.

- Ничего, - поднял он к ней абсолютно спокойное, безмятежное лицо. Крышку плохо закрыли, замки были не защелкнуты. Вот я проверил, не мешает ли что.

Александра подошла к тележке:

- Какой ящик? Этот?

Она внимательно посмотрела внутрь. Покрытые фольгой тефлоновые поддоны стояли ровными, аккуратными рядами.

- И что? Почему не закрыто было? - Она подняла глаза на Эдика.

- Это ты у своих подчиненных спроси, - рассмеялся он. - Да просто бумажка попала в щель.

Он показал ей скомканный клочок.

- Это еще что такое? Откуда? Ну, сейчас я им выдам! Кто паковал двадцать седьмой ящик? Почему замок не защелкнут? - крикнула она в открытую дверь кабинета.

- Да брось ты, Аленька! Девчонки поторопились, всем домой хочется. А тебе не хочется? - страстно проговорил Эдик, резким движением прижал к себе полный стан Небережной, прильнул к губам.

- Я паковала, - совершенно некстати возникла в дверях кабинета подсобная рабочая Наталия Черкесова. - А что? Я закрывала!

- Ничего. Внимательнее нужно быть! - назидательно проговорила Александра Борисовна, которая уже вырвалась из объятий возлюбленного.

Она поправила прическу и как ни в чем не бывало проследовала мимо Наташи в кабинет.

- Ну, все ознакомились? Претензий нет? Расписались? Тогда в зал.

Женщины вышли в фасовочный зал. Укомплектованные коробки стояли возле холодильников...

- Ого, что значит мужская сила и сноровка! - восхитилась Голубева.

Александра Борисовна еще раз проверила и опечатала каждый ящик, повесила бирки с датой и номером рейса.

- Быстренько ящики в холодильники, девочки! И с меня шампанское! прощебетала Небережная, настроение которой после пылкого поцелуя заметно улучшилось.

- Ну вот и все, - весело провозгласил Эдик, запихивая в рефрижератор последнюю коробку.